Неточные совпадения
Дочь вышла замуж и не навещает, а
на руках два маленькие племянника (своих-то мало), да взяли, не кончив курса, из гимназии девочку, дочь свою последнюю, через месяц только что шестнадцать лет минет, значит, через месяц ее и
выдать можно.
Ну вот, например, хоть
на ту же опять тему, насчет колокольчиков-то: да этакую-то драгоценность, этакой факт (целый ведь факт-с!) я вам так, с
руками и с ногами, и
выдал, я-то, следователь!
Блаженной памяти твой батюшка из докторских
рук не выхаживал; а государыня матушка твоя, направляя тебя
на свой благочестивый путь, нашла уже тебе женишка, заслуженного старика генерала, и спешит тебя
выдать замуж для того только, чтобы не сделать с тобой визита воспитательному дому.
Он возгласил это театрально и даже взмахнул
рукою, но его лицо тотчас
выдало фальшь слов, оно обмякло, оплыло, ртутные глаза
на несколько секунд прекратили свой трепет, слова тоста как бы обожгли Лютова испугом.
Владимир потупил голову, люди его окружили несчастного своего господина. «Отец ты наш, — кричали они, целуя ему
руки, — не хотим другого барина, кроме тебя, прикажи, осударь, с судом мы управимся. Умрем, а не
выдадим». Владимир смотрел
на них, и странные чувства волновали его. «Стойте смирно, — сказал он им, — а я с приказным переговорю». — «Переговори, батюшка, — закричали ему из толпы, — да усовести окаянных».
Не стану в подробности описывать, как удалось тогда Ивану Федоровичу достигнуть цели и пристроить мужика в части, с тем чтобы сейчас же учинить и осмотр его доктором, причем он опять
выдал и тут щедрою
рукой «
на расходы».
Около него — высокий молодой человек с продолговатым лицом, с манерами англичанина. Он похож
на статую. Ни один мускул его лица не дрогнет.
На лице написана холодная сосредоточенность человека, делающего серьезное дело. Только
руки его
выдают… Для опытного глаза видно, что он переживает трагедию: ему страшен проигрыш… Он справляется с лицом, но
руки его тревожно живут, он не может с ними справиться…
Если бы от меня зависело, то
на те деньги, которые расходуются теперь
на «кормовые», я устроил бы в постах и селениях чайные для всех женщин и детей,
выдавал бы кормовое и одежное довольствие всем без исключения беременным женщинам и кормящим грудью, а «кормовые» 1 1/2 — 3 руб. в месяц сохранил бы только для девушек с 13 лет до замужества и
выдавал бы им эти деньги прямо
на руки.
Если же не
выдаст оружия, то я немедленно, сейчас же беру его за
руки, я за одну, генерал за другую, и сей же час пошлю известить полицию, и тогда уже дело перейдет
на рассмотрение полиции-с.
Не до того было Панкратью, чтоб вступиться за брата: двое
на него наскочило, один губы разбил — посыпались изо рта белые зубы, потекла ручьем алая кровь, другой ему в бедро угодил, где лядвея в бедро входит, упал Панкратий
на колено, сильно
рукой оземь оперся, закричал громким голосом: «Братцы, не
выдайте!» Встать хотелось, но померк свет белый в ясных очах, темным мороком покрыло их.
Почти все дети погодки; мальчиков успели сбыть в Аракчеевский кадетский корпус, но девочки остались
на руках, и из них две настолько уже выровнялись, что хоть сейчас замуж
выдавай.
— Не бывает разве, что отец по своенравию
на всю жизнь губит детей своих? — продолжала, как полотно побелевшая, Марья Гавриловна, стоя перед Манефой и опираясь
рукою на стол. — Найдет, примером сказать, девушка человека по сердцу, хорошего, доброго, а родителю забредет в голову
выдать ее за нужного ему человека, и начнется тиранство… девка в воду, парень в петлю… А родитель
руками разводит да говорит: «Судьба такая! Богу так угодно».
— Два ста
на серебро
выдал вперед до осени, до Покрова, значит. Это
на одни харчи… А коль
на Низ поплыву, еще выслать обещал, — продолжал Алексей. — По осени полный расчет будет, когда, значит, возворочусь… Опять же у меня деньги его
на руках.
— Ничего не забыла я ни
на капелечку, а только боязно мне, — молвила Марьюшка. — Ты осо́бь статья, тебе все с
рук сойдет, матушка не
выдаст, хоша бы и Патапу Максимычу… А мне-то где заступу искать, под чью властную
руку укрыться?..
Разве что у начальника твоего или у какого-нибудь знатного да богатого вельможи разгорятся
на тебя зубы и он захочет
выдать за тебя дочь — ну, тогда можно, только отпиши: я кое-как дотащусь, посмотрю, чтоб не подсунули так какую-нибудь, лишь бы с
рук сбыть: старую девку или дрянь.
— Кроме того, вы
выдадите векселя всем вашим знакомым. Мы постараемся написать их
на солидную сумму. Опекун скупит их за полцены, за что дворянская опека может его только похвалить. Деньги останутся, конечно, у нас, так как и векселя будут у меня, а ваши приятели: Милашевич, Кашин, Охотников и другие только распишутся. Я с ними переговорю. В опеке будет грош, а мы останемся по-прежнему богатыми. Князь Гарин лопнет от злости! Так согласны? — подал он
руку князю.
— Вот то-то и нехорошо, что столько лет не считались. Я вам предлагал не раз, а вы всегда, что называется, и
руками, и ногат отмахивались, а между тем вы бы знали положение ваших дел, и это знание повлияло бы
на вас быть может убедительнее моих просьб не сорить деньгами. Теперь же наступил момент, что я
выдать вам просимую сумму в затруднении.
Ею до сих пор он был чрезвичайно доволен. Он чувствовал, что она была вся в его
руках, что она
на самом деле отдалась ему беззаветно и бесповоротно, что она полюбила его со всею страстью молодого, нетронутого организма. Он глубоко верил только в такое плотское чувство и оно служило, по его мнению, верным залогом, что она не будет в будущем перечить его планам и не
выдаст, если попадется.
Он обо всех этих ужасных случаях слышал и
на мой вопрос отвечал, что это, вероятно, дело
рук одного раскольника-хлыста, Федота Ермолаева, богатого маляра из деревни Свистова, который, — как известно это было почтмейстеру по службе, — имеет
на крестьян сильное влияние, потому что, производя в Петербурге по летам стотысячные подряды, он зимой обыкновенно съезжает сюда, в деревню, и закабаливает здесь всякого рода рабочих,
выдавая им
на их нужды задатки, а с весной уводит их с собой в Питер; сверх того, в продолжение лета, высылает через почту домашним этих крестьян десятки тысяч, — воротило и кормилец, понимаете, всей округи…
Способ для того такой: вы объезжайте всех соседних подрядчиков, которые вот именно великим постом подряжают рабочих и
выдают им задатки, и объявите им, чтобы крестьянам моим,
на которых у меня числится недоимка, они денег
на руки не
выдавали, а вручали бы их вам; если же подрядчики не сделают того, вы не
выдавайте недоимщикам паспортов.
В это время обыкновенно в Туляцком конце «играли свадьбы», а нынче только Чеботаревы
выдали одну дочь, да и то все дело свертели
на скорую
руку, так что свадьба походила
на пожар.
Это известие взволновало мать Енафу, хотя она и старалась не
выдавать себя. В самом деле, неспроста поволоклась Фаина такую рань… Нужно было и самим торопиться. Впрочем, сборы были недолгие: собрать котомки, взять палки в
руки — и все тут. Раньше мать Енафа выходила
на могилку о. Спиридония с своими дочерьми да иноком Кириллом, а теперь захватила с собой и Аглаиду. Нужно было пройти пешком верст пятьдесят.
Годовые деньги я тебе буду все разом
выдавать, прямо тебе
на руки.
Затем провез его к портному, платья ему купил полный комплект, нанял ему квартиру через два дома от редакции, подписал обязательство платить за его помещение и, вернувшись с ним к себе домой,
выдал ему две книжки для забора товара в мясной и в колониальных лавках, условившись с ним таким образом, что половина заработанных им денег будет идти в погашение этого забора, а остальная половина будет выдаваться ему
на руки.
И торопливо ушла, не взглянув
на него, чтобы не
выдать своего чувства слезами
на глазах и дрожью губ. Дорогой ей казалось, что кости
руки, в которой она крепко сжала ответ сына, ноют и вся
рука отяжелела, точно от удара по плечу. Дома, сунув записку в
руку Николая, она встала перед ним и, ожидая, когда он расправит туго скатанную бумажку, снова ощутила трепет надежды. Но Николай сказал...
В последний раз собрались в гимназии. Нам
выдали аттестаты зрелости, учителя поздравили нас и, как полноправным теперь людям, пожимали
руки. Мне дали серебряную медаль, единственную
на наш выпуск. Золотой не получил никто. Было неприятно говорить о медали: или бы золотую, или бы уж лучше совсем ничего.
— Подойди и ты, Максим, я тебя к
руке пожалую. Хлеб-соль ешь, а правду режь! Так и напредки чини.
Выдать ему три сорока соболей
на шубу!
— Надежда Корнильевна, — начал он, — об этой минуте я мечтал в течение многих бессонных ночей. В ваших
руках моя жизнь и смерть. Я знаю, что вы замужем, но вас
выдали насильно. А теперь молю вас, ответьте мне
на один вопрос, от которого зависит моя судьба. Любите ли вы своего мужа? Скажете вы «да», я клянусь вам — мы никогда больше не увидимся! Но если вы скажете «нет» — о, тогда я вправе носить ваш образ в моем сердце как святыню и сделаю ради него все
на свете.
— Гм… так вот в чем дело! — ухмыльнулся Свитка,
руки в карманы, пройдясь по комнате и остановясь, наконец, перед своим гостем. — Другими словами, в переводе
на бесцеремонный язык, ваша мысль формулируется таким образом. Я не могу довериться тебе, любезный друг, потому что ты, быть может, не более, как ловкий полицейский шпион и можешь головой
выдать меня правительству. Так что ли, господин Хвалынцев?
Через несколько минут привели священника, с крестом в
руках, и послали увещевать толпу. И говорил он толпе
на заданную тему, о том, что бунтовать великий грех и что надо
выдать зачинщиков.
Висленев никогда никому не говорил настоящей причины, почему он женился
на Алине Фигуриной, и был твердо уверен, что секретную историю о его рукописном аманате знает только он да его жена, которой он никому не хотел
выдать с ее гнусною историей, а нес все
на себе, уверяя всех и каждого, что он женился из принципа, чтоб освободить Алину от родительской власти, но теперь, в эту минуту озлобления, Горданову показалось, что Иосаф Платонович готов сделать его поверенным своей тайны, и потому Павел Николаевич, желавший держать себя от всего этого в стороне, быстро зажал себе обеими
руками уши и сказал...
На корвете переживали в этот час томительное ожидание. Когда баркас скрылся из глаз, бинокли устремились за ним, то скрывавшимся за волнами, то появлявшимся
на их гребнях… Наконец, и его потеряли из вида… Капитан напрасно искал его и, несколько побледневший и напряженно серьезный,
выдавал свое тайное беспокойство за благополучие баркаса и людей
на нем тем, что одной
рукой нервно пощипывал бакенбарду, и, словно бы желая рассеять свои сомнения, проговорил, обращаясь к старшему офицеру...
Григорьев не давал ему денег
на руки, а пару платья и пальто, сшитые у лучшего портного,
выдали Изорину в счет жалованья, да неудачно: получил он платье в «запойную полосу», тут же его продал и приехал в сад из города с корзиной коньяку «Финь-Шампань» и бутылками шамбертена.
Церковь богато освещена. Среди разодетой публики, в стороне, скрестив
руки на груди, — любимая поза красавца В. В. Пукирева, — безнадежно смотрит
на венчание высокий, стройный молодой человек. Чиновник-родитель
выдавал за старую мумию, своего начальника, единственную дочь — невесту, и художник дал в картине свой автопортрет. Это знала Москва.
Известие о бегстве Фени от баушки Лукерьи застало Родиона Потапыча в самый критический момент, именно когда Рублиха выходила
на роковую двадцатую сажень, где должна была произойти «пересечка». Старик был так увлечен своей работой, что почти не обратил внимания
на это новое горшее несчастье или только сделал такой вид, что окончательно махнул
рукой на когда-то самую любимую дочь. Укрепился старик и не
выдал своего горя
на посмеянье чужим людям.
Изобрел ли Биндасов
на месте это последнее наименование, перешло ли оно к нему из других
рук, только оно, по-видимому, очень понравилось двум тут же стоявшим благороднейшим молодым людям, изучавшим естественные науки, ибо несколько дней спустя оно уже появилось в русском периодическом листке, издававшемся в то время в Гейдельберге под заглавием:"А toyt venant je crache!" — или:"Бог не
выдаст, свинья не съест".
Домашний доктор князя Владимира Яковлевича
на вопрос местного частного пристава о причинах такой внезапной смерти промычал в ответ что-то чрезвычайно неопределенное, а
на просьбу княжны, сестры покойного,
выдать свидетельство о смерти, несмотря
на то, что ощутил в своей
руке пачку крупных ассигнаций, только замахал
руками, разжав из них даже ту, в которую он взял деньги.
Везде чувствовалась организованная, предательская работа. Два раза загадочно загоралось близ артиллерийских складов.
На баштанах около железнодорожного пути арестовали поденщика;
руки у него были в мозолях, но забредший железнодорожный ремонтный рабочий заметил, что он перед едою моет
руки, и это
выдало его. Оказался офицер. Расстреляли. Однако через пять дней,
на утренней заре, был взорван железнодорожный мост
на семнадцатой версте.
' — Если всех-то счесть, так, пожалуй, и пальцев
на руках не хватит! — воскликнул Прокоп, когда мы кончили обозрение наших статистических сил, — да и народ-то, брат, все какой — уж эти не
выдадут!
В играх и затеях всякого рода он постоянно первенствовал: он иначе не принимался за игру, как с тем, чтобы возложили
на него роль хозяина и коновода, и в этих случаях жутко приходилось всегда его товарищу, но стоило только Глебу напасть
на след какой-нибудь новой шалости и потребовать зачинщика
на расправу, Гришка тотчас же складывал с себя почетное звание коновода и распорядителя, сваливал всю вину
на сотрудника и
выдавал его обыкновенно с
руками и ногами.
Жена Долинского живет
на Арбате в собственном двухэтажном доме и держит в
руках своего седого благодетеля. Викторинушку
выдали замуж за вдового квартального. Она пожила год с мужем, овдовела и снова вышла за молодого врача больницы, учрежденной каким-то «человеколюбивым обществом», которое матроска без всякой задней мысли называет обыкновенно «самолюбивым обществом». Сама же матроска состоит у старшей дочери в ключницах; зять-лекарь не пускает ее к себе
на порог.
Уже в пути мы приметили этот злосчастный эшелон. У солдат были малиновые погоны без всяких цифр и знаков, и мы прозвали их «малиновой командой». Команду вел один поручик. Чтобы не заботиться о довольствии солдат, он
выдавал им
на руки казенные 21 копейку и предоставлял им питаться, как хотят.
На каждой станции солдаты рыскали по платформе и окрестным лавочкам, раздобывая себе пищи.
Но Саня — не его дочь. Он давно помирился с тем, что его жена изменила ему. У него в столе лежат письма того „мусьяка“, очутившиеся в
руках сестры Павлы, которая ему и доказала, что покойная жена не заслуживала памяти честной женщины. Он не мстит Сане за вину матери, но и не любит ее,
на что имеет полное право.
Выдать ее поскорее замуж! Приданого тысяч десять… Родовых прав у нее никаких нет. Ее мать была бедная пепиньерка.
Он привязался к Теркину, как собака. Прогони его сейчас — он не выдержит, запьет, может, и
руки на себя наложит. Всей душой стоял он за барина в истории с Серафимой Ефимовной. Кругом она виновата, и будь он сам
на месте Василия Иваныча, он связал бы ее и
выдал начальству… «Разве можно спущать такое дело бабе? — спрашивает он себя уже который раз с той ночи и отвечает неизменно: — Спущать не следует».
На освидетельствовании Теркин держался ловко — целый год ученья не пропал даром. Но обличителю удалось убедить членов присутствия: его признали притворно больным и
выдали опять
на руки начальству.
— Виноват! — опять заревел приказчик… — сжальтесь! Я от страху не знаю, что говорю… я приказчик… если б я знал, где господа, так я бы сам их
выдал нашему батюшке!.. я бы сам полюбовался
на их виселицу… я бы сам их сжег
на костре, сам бы своими
руками с них кожу содрал с живых!..
— За кого хочешь… Я божья да твоя… только не
выдавай меня за татарина… Коли ты в могилку, и я брошусь за тобой… наложу
на себя
руки…
— Выдал-с! — отвечал Грохов и, отыскав в деле Олуховых сказанную бумагу, подал ее Домне Осиповне и при этом дохнул
на нее струею такого чистого спирта, что Домна Осиповна зажала даже немножко нос
рукою. Бумагу она, впрочем, взяла и с начала до конца очень внимательно прочла ее и спросила...
Воображение стало работать быстро. Ей тоже понадобился фиктивный брак… С какой радостью стою я с ней перед аналоем… Теперь это она идет об
руку со мною… Это у нас с ней была какая-то бурная сцена три дня назад
на пристани. Теперь я овладел собой. Я говорю ей, что более она не услышит от меня ни одного слова, не увидит ни одного взгляда, который
выдаст мои чувства. Я заставлю замолчать мое сердце, хотя бы оно разорвалось от боли… Она прижмется ко мне вот так… Она ценит мое великодушие… Голос ее дрожит и…
Одетый в короткую тёплую куртку и высокие сапоги, он был похож
на рабочего, но белые
руки и тонкие морщины вдоль лба
выдавали его.